30 мая 2018 - 0 Comments - Тексты -

ТАКТИКИ САМОЗВАНСТВА

1

34036305_1718972674816305_9104188378017955840_n

Вик Лащенов о художественном проекте «Лаборатория самозванства» и отношениях знания танцевального и дискурсивного.

Привет, меня зовут Вик – я самозванец. У меня нет базового танцевального или хореографического образования. Некоторое время я ходил на классы по технике современного танца, продолжал снимать видеоарт и писать сценарии для кино. В какой-то момент моя практика привела меня к необходимости делать танцевальные работы самому. Я пишу о самозванстве на примере моего опыта в современном танце и нашего опыта создания лаборатории, но мне самозванство видится данностью нашего времени, новой/появляющейся формой взаимодействия, связанной с поиском адекватного способа существования в обществе знаний [1]. И это становится все более массовым явлением.

Мое понимание самозванства находится в пространстве тактик молодого современного художника. Именно молодого. Потому что зрелому признанному художнику это все по большому счету не нужно, он уже набрал определенную критическую массу и как любое «массивное тело», сам влияет на гравитацию внутри системы. Особенность деятельности молодого художника в том, что он скорее всего не обладает ни мощными ремесленными навыками, ни мощными связями в художественном поле, но у него есть желание делать хоть что-то и в начале непонятно, что именно или как. Особенность деятельности современного художника в том, что он работает через создание контекста, меняющего восприятие зрителя, именно в этом делании, а не в совершенном владении каким-либо медиумом, и проявляется его виртуозность [2]. Обе эти особенности соединяются в самозванце.

ЭТО НЕ СИНДРОМ САМОЗВАНЦА

Часто слово «самозванец» фигурирует в словосочетании «синдром самозванца». Последнее – это уже устоявшееся психологическое явление, при котором человек не признает свои достижения и считает себя обманщиком, свои успехи приписывает удаче и случайностям, а причины неудач и ошибок видит в своих внутренних качествах [3]. «Синдром самозванца» не является психическим расстройством, скорее, он рассматривается как реакция на определенные ситуации и раздражители [4]. Он может проявляться как у новичков, так и у тех, кто давно в профессии. Чаще всего синдром встречается в стремительно развивающихся и меняющихся профессиональных областях, связанных с необходимостью освоения большого количества новой информации и предполагающих самостоятельное обучение [5].

Тому, кто позиционирует себя как профессионала, нужно поддерживать положительную репутацию в глазах окружающих, и любая неудача может ей повредить. Постоянные изменения и рост знаний, необходимых для работы, сегодня интенсивнее привычных нам темпов обучения. Растущий разрыв между тем, что мы знаем, и тем, что мы думаем мы должны знать, может вызывать тревогу, что у нас недостаточная компетенция и привести к ситуации, когда мы убеждаем других в том, что мы профессионалы, но сами до конца в это не верим. Появляется зазор между самооценкой и желаемой внешней оценкой, и это чаще всего становится причиной появления синдрома самозванца.

В рамках лаборатории самозванства мы переопределяем «самозванство». Мы уходим от общеупотребимого понимания самозванца – того, «кто выдаёт себя за другого человека, присвоив его имя, звание» [6] – и рассматриваем самозванство как тактики поведения «делай как хочешь, пусть думают, что хотят». Таким образом, самозванство и синдром самозванства оказываются противоположными по воздействию. Синдром самозванства провоцирует пассивность, неспособность начать что-то делать, зависимость от внешней оценки. Напротив, быть самозванцем подразумевает занимать активную жизненную позицию, в новой для себя ситуации брать ответственность за себя и доводить начатое до результата, часто не зная в начале, что и как делать. Как следствие, самозванец часто изобретает новые способы делания, исходя из имеющихся у него ресурсов, опыта, понимания и возможностей. Сам «синдром самозванца» не является предметом исследования в данном тексте и интересен нам скорее, как негативное пространство для самозванства и как точка различения. Подробнее о синдроме самозванца можно почитать в различных источниках в интернете [7, 8, 9].

Лаборатория самозванства #1. ПРАКТИКА СУПЕРГЕРОЯ. ГРАУНД Ходынка. Автор фото: Аня Белоусова

Лаборатория самозванства #1. ПРАКТИКА СУПЕРГЕРОЯ. ГРАУНД Ходынка. Автор фото: Аня Белоусова

САМОЗВАНСТВО ОТЛИЧАЕТСЯ ОТ НЕПРОФЕСИОНАЛИЗМА

Самозванство – это не противоположность профессионализму. Если попробовать определить максимально удаленную от профессионала позицию, то это будут любитель [10] или дилетант [11]. Любитель – это начальная точка на пути к профессионалу, само это понятие появилось для различения фигуры профессионала [12]. Дилетант находится вне этой оппозиции и его понимание идет от художника 17 века, относящегося к благородному классу, который был поддержан и защищен капиталом своей семьи, и мог заниматься тем, что ему нравится. Такому буржуазному художнику не нужно было продавать свое искусство и в тоже время он имел глубокие познания в предмете и сильные ремесленные навыки, сравнимые с навыками профессиональных художников. Дилетанту не нужны были стандарты, потому что не было необходимости контролировать себя и других. В основном, его деятельность была связана с поиском удовольствия, и это было привилегией: практиковать искусство без необходимости, искать возможность продать результаты своего художественного труда [13]. В какой-то момент деятельность дилетантов стала угрожать профессиональным художникам, потому что дилетанты занимались искусством, несмотря на то, что «не носили отпечатка гениальности», и стали разрушать образ «художника гения».

Слайд из лекции Diego Agulló “Lecture on mischievous dilettantism: dismantling the professional artist at HZT Berlin”, текст перевел: Вик Лащенов

Слайд из лекции Diego Agulló “Lecture on mischievous dilettantism: dismantling the professional artist at HZT Berlin”, текст перевел: Вик Лащенов

Профессионализм начал зарождаться из публичного позиционирования себя и выделения среди окружающих по признаку владения определенными навыками. Само слово появилось от «profess» – притворяться, изображать, претендовать на что-то публично [14]. Заявление себя как профессионала через публичные выступления, участие в мероприятиях, публикации, сделанные работы приводит к тому, что окружающее пространство наполняется именем профессионала, и люди начинают говорить о нем.

Слайд из лекции Diego Agulló “Lecture on mischievous dilettantism: dismantling the professional artist at HZT Berlin”, текст перевел: Вик Лащенов

Слайд из лекции Diego Agulló “Lecture on mischievous dilettantism: dismantling the professional artist at HZT Berlin”, текст перевел: Вик Лащенов

Самозванец – это профессионал, начинающий работать в новом для себя поле, не имея достаточно мощных ремесленных навыков для этого, и не стремящийся вписываться в существующие институциональные иерархии или профессиональные структуры. Он объединяет в себе позицию дилетанта в новом поле, и профессиональные качества из прошлого опыта. Самозванец находится вне оппозиции любитель-профессионал, потому что у него нет цели стать профессионалом в новом поле. Как и дилетант, самозванец идет в новое поле ради расширения практики. И тот, и другой начинают заниматься тем, в чем не разбираются, но к чему чувствуют интерес. Эта дилетантская составляющая их деятельности важна, потому что расширяет их горизонты. Различие между ними в том, что дилетант ориентирован в большей степени на процесс, а самозванец – и на процесс, и на получение результатов. Он идет за новым опытом, но обладая профессионализмом в другом поле, осознанно или нет, самозванец ищет способ создавать свой продукт. Не владея в совершенстве ремесленными техниками, самозванец может начать действовать за границами существующего поля, тем самым расширяя его. Нацеленность на процесс и поиск своей практики, часто приводит самозванцев к кросс-дисциплинарным коллаборациям, опытам смешанного авторства и совместной работы над проектами.

Профессионализм проявляется на двух уровнях: на уровне работы с материалом (например, для хореографа – это некоторые физические умения, знание анатомии и соматических практик, работа со своим телом и телами других, понимание композиции, работа с пространством и зрителями) и на уровне организации рабочего процесса (выстраивание взаимоотношений с участниками, работа с вниманием, присутствием, управление динамикой процесса, понимание и постановка задач, обеспечение достижения результата). Самозванец зачастую обладает умениями второго уровня, когда он приходит в новую для себя область, и его практика активно формируется из соединения предыдущего опыта с новыми опытом и знаниями.

И самозванец, и профессионал, оба ориентированы на результат. Они утверждают себя через создаваемый продукт. Разница между ними в том, что в самом начале самозванец не находит еще своей практики и не знает, что делать для достижения желаемого результата. Так как у самозванца нет цели стать профессионалом, то он и не уделяет этому достаточного внимания. Как следствие, самозванец не тратит ресурсы на публичное утверждение себя как профессионала, направляя свое внимание, энергию и творческие способности на углубление практики и создание новых проектов. Естественное состояние самозванства может быть очень краткосрочным. Самозванец обучается в процессе делания и быстро приобретает профессиональные навыки первого уровня в новой области. Самозванец может стать достаточно мощным и заметным в художественном поле и не позиционировать себя при этом профессионалом. С какого-то момента окружающие сами начинают считать его профессионалом, когда то, что он делает, получает внешнее принятие, и его практика приводит к определенному, понятному окружающим, результату.

Лаборатория самозванства #2. ПРАКТИКА СУПЕРГЕРОЯ. ЦЕХ. Автор фото: Аня Марченкова

Лаборатория самозванства #2. ПРАКТИКА СУПЕРГЕРОЯ. ЦЕХ. Автор фото: Аня Марченкова

Мы живём в обществе знаний и вынуждены все время обучаться. Постоянный рост знаний приводит к быстрому устареванию карт и маршрутов, приходится постоянно уточняться и выстраивать новые пути. Самозванец создаёт свою карту в существующем художественном/профессиональном ландшафте. Местами она совпадает с маршрутами профессионализма и любительства, а где-то, самозванец выстраивает собственные пути. Фактически, самозванство – это некая альтернатива институализированному профессионализму и его можно рассматривать как тактики автономного художественного существования.

Таблица 1. Сравнение концептов профессионала и самозванца.

Таблица 1. Сравнение концептов профессионала и самозванца.

Самозванец, по своей сути, ризоматическая структура, находящаяся в постоянном становлении. Суть соединения дилетантства в одной области и профессионализма в другой заключается не в поиске различий, а в генерации практики, позволяющей двигаться в рамках этого соединения.

«Лаборатория самозванства» #1. ЗАНИМАТЬ СВОЕ МЕСТО. ГРАУНД Ходынка. Автор фото: Аня Белоусова

Лаборатория самозванства #1. ЗАНИМАТЬ СВОЕ МЕСТО. ГРАУНД Ходынка. Автор фото: Аня Белоусова

БЫТЬ САМОЗВАНЦЕМ

Самозванец в процессе уточнения своей практики может проходить через разные профессиональные поля и институциональные вертикали, впитывая то, что ему необходимо. Само по себе самозванство – это краткосрочное состояние, но оно может возобновляться каждый раз в новом поле. Профессионализм в какой-либо области является одной из областей власти, через которую проходит самозванец, становясь достаточно мощным в ней. Он проскальзывает мимо неё, двигаясь дальше, это просто становится частью пути. Если у него есть более масштабная миссия, чем обладать привилегиями профессионала, то эта миссия становится его горизонтом, к которому он стремится. На этом пути важна непрерывность движения, непрерывность самоуточнения и автономность.
Фактически, самозванство подразумевает набор принципов, позволяющих вырабатывать свою практику в условиях автономного существования. В этом смысле можно говорить про режим самозванства или тактики самозванства как временный способ действия любого участника поля, в том числе и институализированного профессионала.
Состояние самозванства характеризуется:

— этикой в отношении себя и взаимодействия с другими.

— незнанием, которое часто является начальным состоянием, работой в условиях

— действием в условиях непределенности, что приводит к обучению в процессе делания.

— уязвимостью из-за постоянной необходимости тестировать и пересобирать понимание себя и своей практики.

— искренностью, открытостью, соответствием действий собственным ценностям и желаниям.

— низкой зависимостью от внешней оценки, особенно негативной.

— трансмедиальностью опыта в силу смешения разных бекграундов и переноса знаний и практик с одной области на другую.

— стремлением к ясности и пониманию своего места, внешних и внутренних структур, и правил работы.

— непрерывным самоуточнением, экспериментированием и практической работой.

Этимология слова «самозванец» идет от самоназывания. С того момента, как я называю себя хореографом и работаю как хореограф, у меня появляются определенные навыки, система взглядов и восприятия, привычки – все это постепенно формирует меня и мою практику. Самозванец существует в рамках парадокса: чем дольше он ведет себя как самозванец, тем сильнее он утверждается в той роли, в которой он себя заявляет, и тем сложнее ему оставаться в состоянии самозванства.

Лаборатория самозванства #1. НЕВОЗМОЖНОЕ ДЕЙСТВИЕ. ГРАУНД Ходынка. Автор фото: Аня Белоусова

Лаборатория самозванства #1. НЕВОЗМОЖНОЕ ДЕЙСТВИЕ. ГРАУНД Ходынка. Автор фото: Аня Белоусова

Самосохранение никогда не станет мотивацией для самозванца. В процессе поиска, неверная гипотеза не становится провалом, потеря имени и репутации не становится неудачей. Самозванец не манифестирует свою позицию, не призывает к революции. Несмотря ни на что, для него важно продолжать свое развитие как художника, с каким бы медиумом он не работал в данный момент.

БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ ВОПРОС НЕ СТОИТ

Мне нравится писать текст с позиции художника, это позволяет артикулировать важные точки сборки, не превращая все в научный труд. Исследование самозванства началось с рефлексии, моей и Дмитрия Волкова, на наше промежуточное состояние в профессиональном танцевальном сообществе: с одной стороны, у нас нет профильного образования, с другой – мы часто работаем за деньги как перформеры, хореографы, танц художники, делаем и показываем свои работы. Прояснение ситуации привело нас в резиденцию СТД для хореографов современного танца и увеличило нашу команду до пяти человек: к нам присоединились Вера Щелкина, Таня Ковалевич, Женя Евстегнеева. Результатом нашей работы стала телесно-дискурсивная лаборатория самозванства.

Современный танец активно работает с дискурсивностью с 2000х годов и постепенно появилось множество теоретически обоснованных хореографических практик, использующих современную критическую теорию, социологию и философию. Хореографы стали более вербально артикулированными, чем когда-либо. В своих теоретических отсылках они стали формулировать концептуальные предпосылки своей работы, тем самым инициируя саморефлексивные мета-дискурсивные произведения.  Этот процесс начался с применения критических методов, импортируемых из гуманитарных наук, и привел к трансформации хореографической практики. Аналитический подход к созданию танца привел к экспериментам с самой концепцией танца и включил в танцевальную практику социальные, исторические и политические аспекты размышлений о теле, производстве смысла [15]. И хотя это кардинально изменило современный танец и приблизило его к современному искусству, это одновременно увеличило дистанцию со зрителем, сделав его еще более непонятным. В рамках лаборатории самозванства мы как раз работаем с возможностью включения зрителя в формирование дискурса, смещая его с позиции активного наблюдателя на позицию активного деятеля и соавтора.

Формат лаборатории-перформанса является родственной формой лекции-перформанса, отличаясь от нее большей активностью зрителя, который становится участником и непосредственным создателем смыслов и контекста происходящего [16]. Формат лаборатории предполагает работу одновременно на уровне вербального обсуждения темы и на уровне её телесного переживания. Мы используем физические упражнения и создаем ситуации для телесного восприятия участниками концептов и понятий самозванства, и поиска ими собственных тактик поведения. В процессе лаборатории участники своими высказываниями и заметками на листах бумаги формируют общее поле смысла. Лаборатория ориентирована на практическую работу на телесном, ментальном и коммуникативном уровнях. Мы проводим участников от преодоления синдрома самозванца к их собственному опыту существования самозванцами [17]. В результате, они получают конкретные инструменты, вырабатывают собственные тактики действия и определяют свое отношение к теме.

Для нас, как танц художников, важно создать возможность для участников лаборатории свободно высказывать свое мнение и тем самым, формировать собственное восприятие темы самозванства. Пространство black box с традиционной ориентацией «сцена-зал» ограничивает нас в этом. Перенося наше исследование в формат открытой лаборатории, мы выходим на более широкую аудиторию – тех, кому интересна в первую очередь тема, – и на новые способы коммуникации со зрителем. Мы совершаем перформативное действие, проводя лабораторию самозванства, где мы – самозванцы – учим самозванству.

Лаборатория самозванства предполагает оперирование гибридной формой знания, одновременно телесной и дискурсивной. Проблема современного танца в России в том, что он все еще занимает маргинальное место в обществе знаний. Несмотря на то, что дискурс пошел в танец, обратного течения не наблюдается, танцевальное и, основанное на телесном опыте, знание исключены из сферы формирования дискурса [18]. Философ Жан-Франсуа Лиотар различает две формы знания: «нарративное знание», основанное на том, что сказано, и которое имплицитно легитимирует себя, и «дискурсивное знание», которое является формой знания, характерной для современности, в первую очередь созданного наукой и требующей явной легитимации [19]. Танцевальное знание относится к первому типу. Фактически, тело не говорит – оно переживает и транслирует себя. Этот процесс распространения идей не работает в соответствии с логикой языка. Связь через тело не предполагает тождественность. Танцевальное знание основано на физическом опыте и передает себя субъективно, через телесную связь. Такое знание может быть идентифицировано как определенный тип описательного знания, поскольку повествование передается через тело, а тело не может говорить. Танец приобретает мощную позицию как культура знания, когда он вписывает себя в значимый общественный контекст. Так, танец, работающий с дискурсивным полем, представляет собой гибридную культуру знания, в которой разные формы знания противоречат друг другу. Поиск способов разрешения этих противоречий может установить танец как значимую силу в обществе и культуре в целом [20].

ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Я хочу выразить благодарность Кате Ганюшиной и её команде – в рамках резиденции СТД для хореографов современного танца, на две недели, они создали свободное от иерархии пространство эксперимента, показа и не травмирующего обсуждения работ участников. Во многом благодаря созданным ими условиям, мы смогли сделать то, что сделали. Резиденция закончилась 8-ми часовым перформансом в пространстве Боярских Палат, где мы тестировали разные сборки нашей сценической танцевальной работы. И только спустя какое-то время мы пришли к пониманию формата открытой телесно-дискурсивной лаборатории, которую мы реализовали на площадке ГРАУНД Ходынка совместно с Дмитрием Волковым, Верой Щелкиной, Таней Ковалевич. Сама лаборатория – это результат нашей совместной работы и то, что она из себя представляет, и те короткие сроки, в которые мы ее разработали стали возможны именно благодаря нашей коллаборации. Многое стало понятно из внутренних дискуссий и разговоров с другими участниками резиденции, в том числе с Катей Ганюшиной, Аней Козониной и Дарьей Демехиной. Также мы изучали магистерскую работу Люси Булгаковой про синдром самозванца и консультировались с Дарьей Башкировой по супергероям из миров Marvel. Кроме этого, я привлек некоторые идеи других авторов, указанные в примечаниях. Этот текст я написал, опираясь на совместно найденный материал и дополнил своим собственным пониманием самозванства как современной практики становления собой.

В нашей стране самозванство имеет давнюю историю. Самозванцы воспринимались как колдуны, и им приписывались черты антиповедения [21]. Чаще всего цари-самозванцы появлялись в тот период, когда у власти были правители, чье право на царство было неоднозначным. Может быть, в этом есть своя правда и сегодня художники самозванцы появляются, потому что фигура профессионала перестает быть столь убедительной и действенной как раньше?

 

[1] Дракер П. Посткапиталистическое общество // Новая постиндустриальная волна на Западе. Антология / Под ред. В. Л. Иноземцева. М.: Academia. 1999. С. 71. (Перевод выполнен по изданию: Drucker P.F. Post-Capitalist Society. N. Y.: Harper-Collins Publishers, 1995.). «Общество знания (общество знаний) — концепция современного этапа общественного развития, характеризующего переход к новой форме постиндустриального общества, где доминирующей ценностью, экономической и ресурсной, становится «знание» как таковое».

[2] Вирно, П. (2013). Грамматика множества. К анализу форм современной жизни (перевод А Г Петрова). Москва: Совместная издательская программа Музея современного искусства «Гараж» и издательства Ad Marginem. «В самом деле, основной моделью виртуозности, опытом, находящимся в основе этого понятия, является деятельность говорящего. Не деятельность высказывающегося со знанием дела и изяществом, но высказывающегося хоть как-то». И здесь важен сам факт наличия высказывания в публичном пространстве. Виртуозность по Пауло Вирно «всегда связана с высказыванием как политическим действием, высказывание вмешивается в общественные отношения, и изменяет сам этот контекст».

[3] Гавриченкова, Тамара. «Синдром самозванца». Geektimes.com. 5 октября 2017. https://geektimes.ru/post/293743/.

[4] O’Brien, McElwee Rory, and Yurak Tricia J. «The Phenomenology Of The Impostor Phenomenon». Individual Differences Research. (H.W. Wilson) 8 (3): 184–197.

[5] Куриленко, Анастасия. «Я — самозванец». Habr.com. 16 марта 2017. https://habrahabr.ru/company/alconost/blog/324048/.

[6] «Толковый словарь Ушакова. Определение слова «Самозванец». Http://enc-dic.com/. https://dic.academic.ru/dic.nsf/ushakov/1014910. «Cамозванец — человек, самовольно, незаконно присвоивший себе чужое имя, звание, выдающий себя за другого».

[7] «Синдром самозванца: почему самокритика и перфекционизм мешают нам стать гениями». Теории и практики. 13 октября 2017. https://theoryandpractice.ru/posts/16309-sindrom-samozvantsa-pochemu-samokritika-i-perfektsionizm-meshayut-nam-stat-geniyami.

[8] Зарембо, Анна. «Синдром самозванца». Сноб. 2 июня 2013. https://snob.ru/profile/25785/blog/61186.

[9] Страховская, Ольга. «Почему мы не верим в свои успехи и боимся разоблачения? » Медуза. 27 марта 2017. https://meduza.io/cards/pochemu-my-ne-verim-v-svoi-uspehi-i-boimsya-razoblacheniya.

[10] «Толковый словарь Ожегова. Определение слова «Любитель». http://enc-dic.com/ozhegov/Ljubitel-14823.html. «Любитель – тот, кто занимается чем-н. в свободное от другой работы время, не как профессионал. Садовод-л. Фотограф-л.».

[11] Толковый словарь Ожегова. Определение слова «Дилетант». http://enc-dic.com/ozhegov/Diletant-7099.html. «Тот, кто занимается наукой или искусством без специальной профессиональной подготовки (обычно не обладая углублёнными знаниями)».

[12] За время существования советского союза слово «любитель» прочно закрепилось в умах большинства русскоговорящих людей, как оппозиция профессионализму, но у него есть коннотация самодеятельный, и часто имеется в виду безвкусный, китчевый, некачественно сделанный. Для определения самозванца важно использовать более нейтральную нулевую точку, и дилетант для этого подходит лучше. Само понятие «дилетант» более жесткое относительно отсутствия профессиональных навыков и это лучше работает на очерчивание позиции самозванца.

[13] Agulló, Diego. «Lecture on Mischievous Dilettantism: Dismantling the Professional Artist at HZT Berlin». 4 июля 2016. https://www.youtube.com/watch?v=YEoH8aZdWx0.

[14] Dictionary.com. Определение термина «profess». http://www.dictionary.com/browse/profess. «To profess – to lay claim to, often insincerely; pretend to; to declare oneself skilled or expert in; to declare openly; announce or affirm».

[15] Hansen, Pil. Dance Dramaturgy: Modes of Agency, Awareness and Engagement. Edited by Darcey Callison. London: Palgrave Macmillan, 2015.

[16] Шенталь, Андрей. «Художественная речь: что такое лекция-перформанс?» Теории и практики. https://special.theoryandpractice.ru/lecture-perfromance.

[17] Волков, Дмитрий, Вера Щелкина, Таня Ковалевич, и Вик Лащенов. «Из внутреннего обсуждения с Д. Волковым, В. Щелкиной и Т. Ковалевич о том, зачем нам делать телесно-дискурсивную лабораторию, а не сценическую танцевальную работу». 21 января 2018.

[18] Gehm, Sabine, Pirkko Husemann, and Katharina Von. Wilcke. Knowledge in Motion: Perspectives of Artistic and Scientific Research in Dance. Dance in a Knowledge Society. The social status of Dance Knowledge. Bielefeld: Transcript, 2007.

[19] Lyotard, Jean-François. La Condition Postmoderne. Состояние постмодерна. Translated by Наталия Шматко. 2016.

[20] Gehm, Sabine, Pirkko Husemann, and Katharina Von. Wilcke. Knowledge in Motion: Perspectives of Artistic and Scientific Research in Dance. Dance in a Knowledge Society. Dance as Hybrid Culture of Knowledge. Bielefeld: Transcript, 2007.

[21] Успенский, Б. А. «Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен». Избранные труды. Т.1. Семиотика истории. Семиотика культуры., 12 апреля 1994. http://ec-dejavu.ru/i/Impostor.html.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика